Трамп и Ким попытаются наладить диалог (facebook.com/WhiteHouse)
Сегодня в Сингапуре проходит саммит президента США Дональда Трампа и лидера Северной Кореи Ким Чен Ына. Что нужно знать об это саммите – в материале РБК-Украина.
Дональда Трампа детали не интересуют. Он мыслит категориями исторического масштаба. И утром 12 июня он вошел в историю как первый президент США, встретившийся с правителем КНДР. Но об историческом достижении говорить можно будет только случае, если саммит между Трампом и Ким Чен Ыном в Сингапуре положит начало решению проблемы Северной Кореи.
Идеальным исходом встречи могло бы стать подписание мирного договора, который формально положит конец Корейской войне 1950-53 годов. При этом практическое урегулирование состояло бы в отказе КНДР от ядерного оружия и ракетной программы. Взамен Северная Корея могла бы получить гарантии безопасности, отмену санкций, а также помощь в развитии экономики. Последовательность уступок и станет главным предметом переговоров. Но детали оба лидера во вторник смогут лишь начать обсуждать.
Впрочем, когда речь заходит о Трампе, то следует ожидать, что произойти может что угодно. Задачей-минимум саммита Трамп считает налаживание диалога и отношений с Кимом. И это может сработать.
Маловероятное событие
В Сингапуре проходит саммит между лидерами США и Северной Кореи. Личная встреча Трампа и Кима в формате тет-а-тет уже завершилась, и обсуждение перешло в расширенный формат. Оба уже успели позитивно оценить ее результаты, не вдаваясь в подробности. Американский президент назвал проведенные 45 минут с северокорейским лидером “очень хорошими”, а его визави выразил надежду на сотрудничество с Трампом.
Эта встреча стала возможной благодаря маловероятному стечению обстоятельств. Первое – импичмент предыдущего президента Южной Кореи Пак Кын Хе. Она занимала жесткую позицию в отношении северного соседа и должна была править до февраля этого года. После ее отставки в мае прошлого года президентом стал Мун Чжэ Ин. Свою кампанию он, в частности, строил на намерении улучшить отношения с КНДР.
Второе – президентство Трампа. Еще в мае 2017 года он заявил, что “счел бы за честь” встретиться с Кимом. Тогда многие посмеялись над этими словами, списав их на присущее Трампу бахвальство. Ведь о какой встрече могла идти речь тогда? В то время ситуация в отношениях США и КНДР уже была крайне напряженной, но конфликт все же пика не достиг.
В прошлом году Дональд Трамп уточнил, что встреча с лидером Северной Кореи возможна лишь при “правильных обстоятельствах”. Верил ли он, что такие условия сложатся или руководствовался желанием стать поводом для громких заголовков в СМИ, сказав то, “что большинство политиков никогда не сказали бы”? Скорее всего, верно и то, и другое.
Но, еще год назад, несмотря на желание Муна о потеплении в отношениях и открытость Трампа для поступков, на которые бы другие американские президенты не были готовы пойти, все это было обречено на провал. Если бы Ким Чен Ын пошел тогда на сближение, это бы выглядело заслугой новых президентов Южной Кореи и Соединенных Штатов.
Игра на публику
Дело в том, что речь идет о Восточной Азии, где внешний вид часто имеет большее значение, чем содержание. Эта черта явно прослеживалась во время саммита лидеров двух Корей в конце апреля. Та встреча была разыграна как спектакль, где все должно было выглядеть идеально. И Ким себя показал человеком, для которого видимость и символика жестов крайне важна. Ведь, став первым руководителем КНДР, ступившим на территорию Южной Кореи, он не последовал приглашению Муна идти дальше. Вместо этого он предложил Муну, взявшись за руки, переступить границу с Севером, и потом вернутся на Юг. И лишь после этого они проследовали дальше.
И это лишь один из многих моментов, когда Ким показывал, что именно он контролирует ситуацию. Год назад в ответ на открытость к переговорам Ким пошел на эскалацию, испытав в июле свою первую межконтинентальную баллистическую ракету. Пика напряженность достигла в начале сентября, после шестого, самого мощного ядерного теста КНДР. По утверждению Пхеньяна, это была водородная бомба.
В ответ Совет безопасности ООН трижды вводил санкции. Среди самых чувствительных мер – запрет покупать у КНДР уголь, а также ограничение на продажу ей нефти и нефтепродуктов. Разумеется, Ким Чен Ын не мог себе позволить показать, что поддался. И он использовал чуть ли не единственный повод, который никто другой не сможет приписать себе. А именно -Олимпийские игры в Южной Корее. Там сборные обеих стран вышли на церемонию открытия под единым флагом. Делегацию КНДР возглавляла Ким Е Джон – сестра верховного лидера страны. Помимо того, что она представляет правящую династию Кимов, считается, что она играет важную роль в политической жизни страны. И уже в начале марта представители Сеула передали США приглашение Кима встретиться.
Роль Трампа
Как бы Ким ни старался представить свою роль в переговорах, именно Пхеньян довел ситуацию до того, что в прошлом году вероятность войны между КНДР и США многим казалась вполне вероятной. К тому же мир опасался и ожидал не просто войны, а войны ядерной. Трамп критиковал своих предшественников за неспособность решить северокорейскую проблему. И теперь, когда шансы на прогресс высоки как никогда, Трампу следует не забывать и о полученном американскими президентами горьком опыте: Пхеньян не раз нарушал договоренности. С другой стороны, возникает вопрос, насколько эту встречу можно считать заслугой Трампа?
Более жесткие санкции были введены в первую очередь благодаря усилиям администрации Трампа и американских дипоматов. Но и сам президент США в стороне не стоял. В своих отношениях с председателем Китая Си Цзиньпином он сделал Северную Корею одним из приоритетов. И регулярно убеждал Пекин повлиять на Пхеньян. Китай оставался единственной страной, имеющей хоть какое-то влияние на КНДР.
Обещание Трампа в августе прошлого года отреагировать на угрозы КНДР “огнем и яростью, каких мир не видел” можно было воспринимать как просто угрозу в ответ. Но Трамп еще в первые месяцы своего президентства с помощью эффектных авиаударов в Сирии и Афганистане показал, что готов прибегать к военной силе. Прибавив к этому непредсказуемость и импульсивность Трампа, Ким Чен Ын не мог не понимать, что США действительно могут пойти на войну с его режимом. Войну, в которой у КНДР шансов нет.
Важной была и готовность встретиться с главой Северной Кореи, которую до Трампа никто не спешил озвучивать. И даже заочные оскорбления в адрес друг друга, которыми регулярно публично обменивались американский и северокорейский лидеры, вероятно сыграли свою роль. В сентябре Трамп в обращении к ООН назвал лидера КНДР “ракетным человечком”, идущим самоубийственным путем. А Ким в ответ обозвал Трампа “умственно отсталым маразматиком из США”. Как ни странно, но даже такой “обмен любезностями” мог обоим дать понять, что они потенциально лучше поймут друг друга, чем, например, Трамп и канцлер Германии Ангела Меркель.
Чего хочет Ким?
Мотивы Мун Чжэ Ина понять несложно – устранить угрозу для своей страны с Севера и, в конечном итоге, воссоединить две Кореи. Чего хочет Трамп, тоже довольно ясно. Для безопасности США КНДР также представляет угрозу, в особенности когда у нее есть ядерное оружие и (возможно даже функционирующий) способ доставить его на территорию Соединенных Штатов. Не менее важным для Трампа было бы войти в историю и решить проблему, оказавшуюся не по зубам его трем предшественникам, в особенности Бараку Обаме.
Намного сложнее ситуация с молодым властителем Северной Кореи. В мировой прессе не раз писали, что Ким – рационален. Но это еще не дает ответ на вопрос о целях, которые он преследует. И здесь можно лишь предположить несколько из наиболее возможных вариантов.
В СМИ бытует мнение, что ядерное оружие режиму в Пхеньяне нужно для собственного выживания. В случае попытки его сместить – в первую очередь со стороны США – КНДР сможет нанести удар по Южной Корее, Японии и даже Соединенным Штатам. При этом не следует забывать о другом факторе сдерживания, существующем уже давно. КНДР держит на своей южной границе мощную группировку войск. Возможно тысячи артиллерийских установок нацелены на Сеул, находящийся в 40 километрах от границы. Какая-то часть боеголовок, вероятно, оснащена химическим и бактериологическим оружием. И до того момента, когда удасться подавить все эти установки, в столице Южной Кореи могут погибнуть тысячи людей.
С одной стороны, ядерное оружие увеличивает цену атаки на КНДР. С другой, – потенциальная возможность Пхеньяна нанести ядерный удар по территории США необязательно играет роль сдерживания. Испытания в прошлом году Северной Кореей межконтинентальных баллистических ракет стали в США поводом для дискуссии о превентивном ударе. Ведь для Америки безопаснее уничтожить эти технологии в КНДР, пока они на раннем этапе развития.
Из всего этого следует и вторая возможность для Пхеньяна – усиление своей переговорной позиции. Одно дело – довольно слабые атомные боеголовки и ракеты, которые, может быть, долетят до Японии. Другое дело – мощные ядерные либо водородные заряды, а также межконтинентальные ракеты. Имея такие “козыри” на руках, Пхеньян может выторговать намного больше.
На первом месте для режима Кима – добиться гарантий своей безопастности. В идеале он, конечно же, хотел бы прекращения совместных учений американцев с вооруженными силами Юга и, более того, вывода американских войск с территории Корейского полуострова. Этого бы очень хотел и Китай, а также, вероятно, Россия. И это дополнительная причина, почему Вашингтон на это не пойдет. Главный вопрос – какие другие гарантии Пхеньян сочтет достаточными.
Вторая цель – ослабление или снятие санкций. Насколько Ким заинтересован в этом – еще один вопрос. Благосостояние своего народа режим в Пхеньяне никогда особо не заботило. Хотя есть моменты, указывающие на то, что нынешний глава КНДР уделяет намного больше внимания состоянию экономики, чем его отец. В то же время, роль играет и то, что санкционный режим запрещает ввоз в Северную Корею предметов роскоши. Соответственно, такие санкции непосредственно затрагивают благосостояние высшего руководства изолированной страны.
Кроме санкций, Южная Корея, Китай и Япония уже высказали готовность помогать развивать экономику КНДР, в частности, отстраивать ее инфраструктуру.
Хотя маневры основных участников оставили Китай немного в стороне, он, в отличие от России, продолжает играть важную роль. Чего же хочет Пекин? Для него интересно экономическое сотрудницество с КНДР. Наверное, еще более интересно для него вернуть влияние на Северную Корею, утраченное после прихода к власти Ким Чен Ына (первый и второй свои визиты в КНР лидер КНДР совершил только в этом году). Возможно, что вопросы безопастности играют для Китая не меньшую роль. Последнее, чего бы хотел Пекин – это войны между США и Северной Кореей с применением оружия массового поражения у себя под боком.
Возможен ли успех?
По словам министра обороны США Джеймса Мэттиса, Пхеньян может ожидать смягчения санкций “лишь когда продемонстрирует необратимые шаги к денуклеаризации, которые можно будет проверить”. Так что Киму придется первому продемонстрировать конкретные действия. Но и без уступок в ответ он не отдаст свой ядерный и ракетный арсенал.
Серьезность своих намерений Ким уже попытался показать наглядно. КНДР освободила трех американских заключенных, а также уничтожила ядерный полигон, где она провела все шесть атомных тестов. Впрочем, это еще не означает подлинности намерений Кима урегулировать конфликт. Ведь для руководителя страны-изгоя встреча с президентом США сама по себе является огромным достижением. А вот для лидера Соединенных Штатов нерезультативный саммит станет репутационной потерей.
Впрочем, более вероятно, что Ким Чен Ын действительно готов пойти на денуклеаризацию. Таким образом, он сможет войти в историю как человек, положивший начало объединению Кореи. А поскольку подготовка Севера к этому может занять десятилетия, то у него будет возможность оставаться при власти в тоталитарной стране до старости.
Для президента Трампа решение северокорейской проблемы может стать самым главным его достижением. Ведь в решении других проблем исторического масштаба, например, палестино-израильском конфликте, подход Трампа пока лишь отдалил шанс на урегулирование.
Источник: www.rbc.ua